АЗИЯ, ВСЕ СТАТЬИ, Вся лента новостей, ГЛАВНЫЕ НОВОСТИ, СЕВЕРНАЯ АМЕРИКА

Американо-японский альянс в условиях полицентричного мира

 

Анализ военно-политической обстановки в Азиатско-Тихоокеанском регионе показывает, что ключевые вопросы безопасности будут фокусироваться в треугольнике КНР-Япония-США. Однако в условиях, когда «команда Трампа» пока находится в стадии формирования, правомерно говорить лишь о тенденциях внешней политики двух союзнических стран. Вместе с тем, уже сегодня можно увидеть складывающиеся в регионе противоречия, почву для конфликтов, возможные пути и сценарии их разрешения.

Анализ показывает, что главной осью геополитического напряжения (и регионального, и глобального) становится американо-китайское противостояние, вызванное нарастанием экономической, а теперь и военной мощью КНР.

Во-первых, Азиатско-Тихоокеанский регион – наиболее быстрорастущий регион, становящийся новым военно-политическим и экономическим центром мира. Динамика региона состоит в том, что в последнее время наблюдается очевидная тенденция к возвышению нового игрока – КНР, что ведет к изменению не только стратегического баланса в Юго-Восточной Азии, но и является главными трендами в мировом балансе сил.

Согласно данным, приведенным М.Крупянко и Л.Арешидзе, «в течение трех ближайших  десятилетий  китайская экономика выйдет на первое место в мире и существенно превзойдет американскую. По оценкам Фонда Карнеги,  ВВП КНР в 2035 году составит 82 трлн. долларов против 44 трлн. у США. Последствия этого не заставят себя ждать – произойдет серьезная перестройка мировой экономической и валютно-финансовой системы, в которой США будут вынуждены играть подчиненную роль».

Во-вторых, усиление КНР наталкивается на позиции Токио. Борьба за влияние в регионе между КНР и Японией создает почву для геополитического конфликта. Для американской администрации Япония, напротив, ценна возможностью приращения к американскому силовому потенциалу с целью обеспечить «стратегическое превосходство над Китаем и Россией в этой части мира».

«В докладе бывшего первого заместителя государственного секретаря Ричарда Армититжа Конгрессу в октябре 2000 года Япония была представлена некой «Британией Востока», то есть таким же надежным союзником Америки, каким и по сей день является Великобритания для США. Есть основания предполагать, что США не будут препятствовать ремилитаризации Японии и обретения ею статуса ядерной державы.

«В качестве предлога США рассчитывают использовать страх Японии перед ядерным потенциалом КНДР, а также силовым потенциалом Китая. Подъем Китая и ракетно-ядерная программа КНДР представляют серьезную опасность для Вашингтона и Токио. Сдерживание КНР приобрело фундаментальное значение для США. Американо-японский военно-политический союз играет ключевую роль в блокировании китайской мощи».

В-третьих, США рассматривают возможность использовать научно-технический потенциал Токио в своей реиндустриализации и роботизации, поскольку без этого не смогут одержать технологическую победу над Китаем.  В комментарии «Голоса Америки» отмечалось, что «по словам источников в правительстве Японии, Абэ надеется, что в процессе исполнения обещаний удастся создать рабочие места в США и усилить военный потенциал страны, Трамп займет более благоприятную позицию по экономическим вопросам и будет выполнять обязательства в рамках давнего сотрудничества между Японией и США.

Официальные лица Японии заявляют, что Абэ рассчитывает добиться изменения позиции Трампа благодаря предложению по стимулированию экономики и созданию 700 тысяч рабочих мест в США при помощи инвестиций в строительство инфраструктуры». «Активно проводимая Китаем политика технической модернизации вооруженных сил при сокращении численности личного состава создала в регионе принципиально новую геостратегическую ситуацию, в рамках которой США уже не могли в одиночку диктовать свою волю. Особенно сильно на изменение ситуации воздействовали успехи Китая в деле модернизации своего ракетного и космического потенциала, средств противовоздушной обороны, военно-морского флота, особенно подводного. …США стали рассматривать подъем КНР как фундаментальный вызов, требующий разработки стратегии сдерживания». «Пентагон взял на вооружение стратегию «огораживания», предполагающую перенос центра активности военно-морских сил из Атлантического океана в Тихий, фундаментальную перегруппировку войск и изменение структуры военных баз с учетом китайского фактора.

Трудно сомневаться в решимости Д.Трампа усиливать борьбу США по сдерживанию Китая, о чем определенно говорит как состав советников нового президента, так и их высказывания в отношении КНР. Майкл Пилсбери и Питера Наварро – «именно эти два человека пока что претендуют на то, чтобы быть властителями дум по вопросам Азии при новом хозяине Белого дома». «Лейтмотив книг Наварро о Китае незамысловат. Все экономические беды США последних 20 лет — это оборотная сторона китайских успехов за аналогичный период. «С тех пор как Китай вступил в ВТО, закрылось свыше 70 тысяч американских заводов. Средний доход домохозяйств остался без изменений. Темпы роста ВВП упали почти вдвое. Свыше 20 млн. американцев не могут найти достойную работу с достойной зарплатой. США должны Китаю свыше 2 трлн. долл.», — перечислял Наварро вызванные Китаем американские невзгоды в недавнем интервью Foreign Policy. Виноват, разумеется, диктаторский режим в Пекине, который якобы обманом пролез в ВТО, манипулирует валютой, использует нечестные преимущества в торговле, отравляет окружающую среду, тиранит свое забитое население и копит силу, чтобы нанести свободному миру во главе с США и их союзниками решительный удар».

П.Наварро вводит любопытный, но очень показательный термин – «холодная экономическая война», находящаяся, по его словам, в самом разгаре. По мнению аналитика, «создается одна из самых опасных ситуаций за всю историю человечества». Применительно к японо-китайским отношениям Наварро прогнозирует серьезное столкновение КНР и Японии, де факто являющейся сверхдержавой. «…Нарастающая угроза со стороны Китая сразу по нескольким направлениям могла бы стать той соломинкой, которая сдвинет неустойчивое равновесие в сторону создания «японской атомной бомбы и возрождения вооруженных сил в полном объеме».

Другой советник Д.Трампа – китаист Майкл Пилсбери. Опубликованные им работы посвящены китайской военной стратегии и взглядам генералитета КНР на будущее боевых действий. Ярче всего подход Пилсбери раскрывает вышедшая в 2015 году его книга «Столетний марафон: китайская секретная стратегия, как заменить Америку в роли глобальной сверхдержавы»… США, по мнению Пилсбери, сами невольно помогали своему конкуренту, интегрируя его в мировую систему и давая ресурсы для развития. Теперь, чтобы разрушить китайскую стратагему, США надо разработать свою контрстратегию, включая новое оружие, и готовиться к жесткой конфронтации с Китаем».

С другой стороны, показательна эволюция внешнеполитического вектора Японии под руководством С.Абэ. «В июле 2014 года кабинет Абэ выступил с новой трактовкой права Японии на коллективную самооборону, в соответствии с которой политическое руководство страны получило право использовать Силы самообороны в ситуациях, необязательно подпадающих под понятие прямого военного нападения на территорию Японию.

Япония взяла курс на создание современного военного потенциала, позволяющего вести боевые действия не только на территории Японии, но и далеко за ее пределами, при опоре на достигнутую страной экономическую и технологическую мощь. Войска стали активно оснащать наступательными видами вооружений. В 2007 году Япония закупила у Соединенных Штатов 50 истребителей–бомбардировщиков F–22 «Raptor», относящихся к наступательному классу вооружений, а ранее японским правительством были также  осуществлены закупки самолетов–дозаправщиков, которые позволяют в значительной степени расширить диапазон патрулирования японским ВВС воздушного пространства за пределами Японии. В 2007 году Японии объявила также о завершении строительства авианосца «Hyuga» и готовности построить еще три корабля такого класса (решение о том, что на вооружении японского флота должны появиться авианосцы, было принято  впервые со времен окончания Второй мировой войны. «Основные направления плана национальной обороны» ставят задачу всемерного наращивания потенциала «динамичной обороны». Однако решающим аргументом в способности Японии противостоять КНР является нерушимость японо-американского альянса и способности США противостоять КНР в военной сфере. Очень хорошо это подмечено Ю Ли Куаном, президентом Сингапура: «Даже если бы японцам удалось резко повысить рождаемость и добиться роста населения, их сосед настолько огромен и так стремительно набирает силу, что решение демографической проблемы никак не изменило бы ситуацию. Им не под силу соперничать с Китаем и никогда больше не удастся повторить то, что они сделали в 1930-е годы, когда вторглись в Китай и завоевали почти всю страну. Сегодня они нуждаются в США как в гаранте своей безопасности».

Как показывают текущие политические события, в частности, встреча С.Абэ и Д.Трампа, прошедшая 9 февраля, «саммит с Абэ также стал второй личной встречей с ключевым союзником США после визита британского премьер-министра Терезы Мэй две недели назад». В комментарии «Голосу Америки» Шон Спайсер, пресс-секретарь Белого дома отметил, что «президент действительно рад возможности ближе познакомиться с Абэ и улучшить двусторонние отношения». При этом он добавил, что президент осознает важность региона.

Значение этой части планеты для США подтвердил и визит Дж.Мэттиса. «Опасения официального Токио по поводу заявлений Трампа во время президентской кампании о намерении заставить Японию и других союзников США больше платить за оборону были несколько развеяны после недавнего визита министра обороны США Джеймса Мэттиса в Японию и Южную Корею».

Острой проблемой японо-китайских отношений является проблема принадлежности островов Сэнкаку, имеющих огромную стратегическую ценность, поскольку они расположены на важном участке морских коммуникаций, ставшем объектом противостояния между Китаем, с одной стороны, и США и их союзниками – с другой. Сэнкаку/ Дяоюйдао рассматриваются китайским руководством как одно из звеньев «первой островной линии»,  контроль  над которой приобретает ключевое значение в рамках военно-морской стратегии Пекина, нацеленной на блокирование свободного доступа к тихоокеанскому побережью КНР военного флота США и их союзников. В 1999 году на шельфе были обнаружены крупные залежи природного газа, объемы  которого оцениваются в 200 млрд. куб.м.  Кроме того, акватории вокруг островов, богатые рыбными и морскими ресурсами, являются традиционным местом морского промысла Китая и Японии.

Для Вашингтона сценарий, когда он вынужден будет применить силу в случае вспышки вооруженного конфликта  из-за Сэнкаку/Дяоюйдао, крайне нежелателен, если не сказать неприемлем. Это связано, прежде всего, с тем обстоятельством, что в США в целом сформировался консенсус о неприемлемости американо-китайского вооруженного конфликта как противоречащего их базовым национальным интересам. В отличие от основной территории Японии, нападение на которую приведет к жертвам не только среди граждан Японии, но и почти наверняка среди американцев, захват этих территорий китайцами не влечет за собой непосредственной  угрозы американским интересам. Сходную позицию высказал эксперт СВОПА Василий Кашин. На вопрос о возможном характере конфронтации США и КНР в ближайшие годы он ответил, что: «Думаю, конфронтация будет носить политический характер и характер гонки вооружений, борьбы за союзников, активизации дипломатии в странах третьего мира». Такая тенденция подтверждается первыми шагами Д.Трампа.

Первый внешнеполитический контакт Д.Трампа с Абэ после вступления в должность в качестве президента показывает насколько США дорожат стратегическим союзом с Японией. «Перед началом саммита от администрации Белого дома поступил положительный сигнал о том, что Трамп будет избегать односторонних решений, которые могут поставить под угрозу контроль Японии над спорными островами в Восточно-Китайском море», – отмечает «Голос Америки».

В то же самое время нужно отметить, что Трамп выстраивает свою стратегию в Восточной Азии иначе, чем Б.Х.Обама. Если при Обаме США взаимодействовали с азиатскими странами в многостороннем формате, пытаясь экономически ограничить влияние КНР (в рамках проекта ТТП), то Трамп делает ставку на унилатеризм и военно-политические механизмы.

Таким образом, современные тенденции показывают растущую значимость экономического и военного союза США и Японии, вызванного общей нарастающей угрозой усиления КНР, брошенного КНР экономического и военного вызова США.

Константин Владимирович Блохин
научный сотрудник, кандидат исторических наук
Февраль 23, 2017

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *






О сайте

Быстрая связь: frontinfo-media@yandex.com

Рубрики